Жертвой [советского] режима я почувствовал себя всего один раз в жизни. В десятом классе.

Я уже, кажется, проговаривался тут несколько раз, что карты - мой хлеб. Дали о себе знать гены мамы-географа. Я испытываю к картам трепетную страсть, особенно к топографическим картам, на которых "гладко было на бумаге, да забыли про овраги", и к транспортным картам. У меня в Москве осталась коллекция обзорных "ГУГКовских" карт областей и планов городов СССР, с трудом помещающаяся в две упитанные картонные коробки, и почти полная коллекция "ГУГКовских" же карт стран мира.

Когда мы переехали в Бостон, я днями не вылезал из гарвардской картографической коллекции. Ещё бы: там была полная коллекция секретных генштабовских "трёхвёрсток", вывезенная из СССР каким-то перебежчиком и проданная библиотеке за 3000 долларов (так сказал мне куратор библиотеки; кстати, согласно правилам русского языка буква "ё" всегда ударная; где ударение в слове "трёхвёрстка"?).

Но вернёмся в СССР в начало 1980-х годов. Главное управление геодезии и картографии (ГУГК) при Совете Министров СССР размеренными темпами печатает карты краёв и областей Советского Союза, за которыми устраивают охоту истинные любители картографии. В магазине "Атлас" на Кузнецком Мосту - очереди, выплёскивающиеся наружу, так что в конечном итоге принимается решение открыть филиал магазина выше по улице, как раз рядом с приёмной КГБ ("стучать круглосуточно по телефону 666-66-66"). Естественно, большинство "картофилов" понимало, что "ГУГКовские" карты были пригодны для навигации на местности так же, как та пачка "Беломора" из анекдота. Более того: сравнив общедоступную карту с секретной генштабовской (которые тоже, увы, грешили неточностями), можно было без труда вычислить местонахождение секретных объектов: где искажения - там и секреты! И всё-таки безграничная тяга к прекрасному вынуждала нас покупать заведомую туфту.

Как ни странно, среди множества издаваемых карт отсутствовал детальный план Москвы. Такой, чтобы на нём были показаны все улицы, переулки, проезды и тупики, особенно в центре города - пусть бы даже и с искажениями масштаба! Среди "картофилов" ходила байка о неком гражданине, купившем в Париже масштабный план Москвы на французском (для "интуристов"), и о бдительных сотрудниках таможни, конфисковавших у него этот план в Шереметьеве.

И вот ваш покорный слуга решил восполнить пробел и создать свой план любимого города. Я начал с того, что укрепил на огромной чертёжной доске четыре листа ватмана (оцените масштаб проекта!) и карандашом перенёс на них топографическую, с позволения сказать, основу со схемы движения городского транспорта. Потом на протяжении пары месяцев после школы, наскоро сделав уроки, я ездил по разным районам города и скрупулёзно заносил в блокнот реальные расположения и названия улиц и даже (о боже!) расположения и номера домов. Дома я переносил данные из блокнота на мастер-план. Так рождался шедевр.

В какой-то момент дело дошло и до района Арбата-Волхонки. Я прошёл очередной квартал по улице Грицевец и остановился, чтобы перенести увиденное на бумагу. Остановился я в очень неправильном месте: у тяжёлых металлических ворот с блестящей пятиконечной звездой. Я сразу отметил этот факт, но, знаете, иногда бывают такие ситуации, когда нужно немедленно облегчиться, а то прольётся... Память-то конечного размера, особенно моя, дырявая....

И вот стою я у ворот, записываю что-то в блокнотик, а в воротах открывается калитка. Из калитки выходит офицер и говорит: "Молодой человек, пройдите со мной!" Я цепенею, но прохожу. Попутно замечаю, что толщина ворот - полметра как минимум, а калитка за моей спиной тихо так закрывается... И я оказываюсь в неуютном внутреннем дворике.

Выходит ещё один офицер, подполковник. если не ошибаюсь, и начинается допрос: кто, зачем, откуда? Я, как честный комсомолец, всё рассказываю, ничего не тая. У военных от моей наглости глаза на лоб лезут и извилина в интеграл сворачивается. Офицеры шушукаются и говорят: "Отдай нам свой блокнот, и мы тебя отпустим, не уведомляя органы, но впредь нам не попадайся!" Мне бы и свалить по-доброму... А я - видимо, почувствовав, что добро побеждает зло, - совершенно нахально возражаю. "Извините, - говорю, - но я всё утро ходил по городу и прошёл десяток километров (дело было в воскресенье). Я вам это блокнот не отдам!" От такого поворота событий извилины в офицерских мозгах резко разворачивается из интеграла, но тут же сворачиваются в тугую логарифмическую спираль. Подполковник тупо смотрит на меня и речет: "Хорошо. Вырви тот листок, на котором ты писал, когда мы тебя засекли. И проваливай отсюда!!!!"

Я вырвал полупустой листок из блокнота, вручил его подполковнику, как мандат революционному матросу, и гордо вышел через гостеприимно распахнутую калитку. От полученной порции адреналина сердце стучало, как после десятикилометрового кросса. Но уже через квартал, на Гоголевском бульваре, когда я присел на лавочку, чтобы восстановить данные с вырванной страницы, моё самочувствие пришло в норму.

P.S. Улица Грицевец названа в честь лётчика Сергея Ивановича Грицевца и в 1985 году совершенно обоснованно переименована в Грицевецкую улицу, а 1994 г. - в Большой Знаменский перулок.

P.P.S. Здание за металлическими воротами на улице Грицевец - Генеральный Штаб ВС СССР.

konek_gorbunok: У них наверняка не было плана карты Москвы. :)
А вообще, Вам крупно повезло, что это были военные (притом, адекватные), а не чекисты. Чекисты, разумеется, все проверили бы, оценили бы талант, а потом вполне могли предоставить выбор - или сотрудничать с ними, или ответить за шпионаж.
Мой отец однажды решил завязать шнурок невдалеке от здания на Лубянке. К нему тут же подошел товарищ в штатском и предложил проваливать побыстрее. :)

sestra_milo: Я тебе не рассказывала, как Вовку задерживали для допроса? Уже здесь, в Израиле, в Мосаде, не в каком-нибудь КГБ. Дело было в 93 году, я сдавала госэкзамен, а это "удовольствие" занимает несколько часов. Сдавали мы в Иерусалиме, и здание, в котором мы мучились, находилось недалеко от каких-то внутренних правительственных контор. Вовкины фотографии ты видел - он темноволос, бородат, одевается в черное и немного смахивает на басмача - жутко подозрительный тип. И вот бродил мой муж по улочкам Иерусалима, рассматривал окресности, внимательно читал названия улиц и сочинял стихи, которые записывал мелким почерком в подозрительный блокнотик. Его арестовали и допрашивали несколько часов. Проверяли меня на экзамене, звонили его начальнику, препарировали и пересняли блокнотик. Обошлось без пыток, его отпустили, взволнованного и взъерошенного, так что он едва успел меня забрать. Нам потом рассказали компетентные люди, что, судя по характеру допроса, на нем тренировались курсанты.

Строительные компании: строительная лицензия.

изготовление наружной рекламы Форум о наружной рекламе.